kinokadry.com

В компании КиноКадроВ!

Сентябрь 26, 2017
От: zdn


Опубликовано: Сентябрь 28, 2010

 Чапаев - оптимистическая трагедия фильма

   Еще Аристотель учил, что пафос подлинной высокой трагедии несет зрителю катарсис, очищение. Одновременно с Васильевыми к мысли об оптимистической трагедии шел Всеволод Вишневский. Задумывались и другие художники — Эйзенштейн, Шолохов, Корнейчук, Шостакович, Сельвинский, Корин. Где, в чем, какое оно — трагическое нашей современности? Каков его катарсис, его пафос?

Упорно, от варианта к варианту, не прекращая поисков ни во время съемок, ни в период монтажа, Васильевы искали — и нашли! — пафос революционного оптимизма и гуманистическое жизнеутверждение в гибели героя. Не трагедия — героика.

Драматургическое построение «Чапаева» полностью подтверждает горьковскую мысль о сюжете как «истории развития человеческого характера». Закономерность следования событий в фильме обусловлена раскрытием и формированием характера Чапаева. Все действующие лица фильма вступают с Чапаевым в конфликт, причем каждая сцена является как бы поединком, борьбой, столкновением действующих лиц. Порой это конфликты антагонистические, непримиримые, — как основная линия борьбы между красными и белыми, между революцией и контрреволюцией, между Чапаевым и Бороздиным. Порой это конфликты между друзьями, борьба друг за друга, столкновения на общем пути к общей цели. Таковы взаимоотношения Чапаева с Петькой, которого он сурово воспитывает, растит, с Анкой, вызывающей у него сначала недоверие, а затем восторг, с Фурмановым, которого он вначале отвергает, а затем учится у него коммунистической дисциплине, революционной принципиальности и чистоте. Благодаря напряженной драматургической борьбе все действующие лица фильма динамичны, находятся в развитии, в активной деятельности. И это придает им необычайную привлекательность и силу.

В современных спорах о сюжете и бессюжетности, о «потоке жизни» и «нормативной драматургии» «Чапаев» может сказать весьма веское слово. Сторонники свободных, «дедраматизиро-ванных» композиций обычно обвиняют своих противников в узости, нарочитости, схематичности и «тесноте» драматических конструкций. Ни в чем этом «Чапаева» обвинить нельзя. Его драматургия вмещает в себе свободное течение эпических революционных событий, реально происходивших в действительности и показанных порой с документальной точностью. Свободный «поток» драматических событий нигде не подчиняется схеме, нигде не иллюстративен, не ограничен никакими предвзятыми приемами. И вместе с тем он закономерен, динамичен, драматургически организован. И основной закон этой динамической организованности — развитие человеческих образов.

В № 4 журнала «Искусство кино» за 1961 год Д. Шпиркан опубликовала интереснейшие заметки С. Д. Васильева. Еще только приступая к работе над «Чапаевым», он уже ясно определил и сформулировал свои творческие принципы:

«Мы направляли все наши усилия в сторону разработки, нахождения и создания в кинопроизведении образов людей нашей эпохи, образов ярких, глубоких, сложных в своей простоте, заставляющих зрителя любить и ненавидеть, плакать и смеяться... Мы хотели показать события, движущие людей, и людей, движущих эти события».

Все записи Васильева пронизаны мыслью об ответственности художника перед народом, об обязанности художника учитывать воздействие, которое должно произвести его произведение. Отсюда Васильев приходит к мыслям об «открытой партийности в пропаганде самых передовых идей человечества, идей марксизма-ленинизма. Победа там, где художник с наибольшей силой художественных средств, страстно, ярко и активно, наступательно борется за эти передовые идеи на стороне нового —с отживающим и цепляющимся старым».

Художник отлично понимал, что напряженная идейность, тенденциозность художественных произведений достигается строгим отбором событий, что она невозможна без ярко выявленной авторской позиции. Вот что записывал он еще в 1925— 1930 годах:

«Съемки жизни врасплох»... Репродукция объектов такими, какими они являются в действительности. Возможно, что это поразительно соответствует требованию фактичности материала (ЛЕФ). Однако навряд ли все же можно отрицать... художника. Это было бы самоубийством искусства, у которого одно всегда является определенным — то, что оно создается человеком-творцом. Созидающая рука мастера должна чувствоваться во всем, что хочет называться художественным произведением». И в другом месте: «Кинематографическая форма допускает неправдоподобность (ирреальность), подчеркивая существующее (реальное), в то время как правдоподобность, то есть то, что называют «жизнью, как она есть», почти что недопустима на экране и часто возмутительна. Слишком правдоподобный фильм почти всегда ничтожен или антихудожествен».






Скрыть комментарии (0)


Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


« Вернуться