kinokadry.com

В компании КиноКадроВ!

Ноябрь 20, 2017
От: marina51


Опубликовано: Январь 25, 2011

Игорь Савченко

   Игорь Савченко - режиссер молодой. Он принадлежит к так называемому третьему поколению советских кинорежиссеров, начавших свою работу уже после «Встречного» и «Чапаева», в период звукового кино. Первой же своей кинематографической режиссерской работой - фильмом «Гармонь» - Савченко привлек внимание зрителей и критики. Стремясь опоэтизировать быт советской деревни, Савченко обратился к поэме А. Жарова, впервые в советском кино экранизировав стихотворное произведение. Было много молодого, свежего в этой работе.

Удачное, органическое использование музыки, интересные эксперименты в области монтажа. Красивые кадры. Хорошо записанный звук, что было тогда редкостью. Но - поверхностные чувства, неглубокие характеристики, нечеткие идеи. Осмыслить и воплотить романтику новых человеческих взаимоотношений Савченко в «Гармони» не удалось.

Он повторил попытку в следующем фильме - «Случайная встреча» - и совсем неудачно. В фильме буйно цвели майские сады. Снят, смонтирован, озвучен фильм был прекрасно. Цветение деревьев должно было символизировать расцвет чувства героини. Но эти чувства, как ни старался возвысить их Савченко, оставались мелкими, неинтересными, старыми. Девушка полюбила пошляка, разочаровалась в нем и ушла от него к другому (кстати сказать, скучному и даже глуповатому молодому человеку). Возвышенный тон, каким рассказывал Савченко эту обыкновеннейшую историю, казался неуместным, даже смешным. Профессиональное мастерство Савченко в этом фильме выросло, но ему не давал развернуться поверхностный сценарий. Нужно было глубже заглянуть в психологию людей.

Савченко понял и осуществил это в следующей, уже более удачной ленте-«Дума про казака Голоту». Психологическая углубленность была необходима растущему режиссеру, но сценарий мало способствовал этому. Героические события гражданской войны на Украине требовали скорее эпопеи, чем психологической драмы. Савченко показывал события подлинно эпопейного размаха отраженно, через восприятие героя. Прием интересный, но обедняющий материал.

Во всяком случае, «Дума про казака Голоту» принесла много нового в творчество Савченко. Он нашел в этом фильме свою тему, свой материал - героику борющегося украинского народа. Он спустился с псевдоромантических высот своих первых картин, чтобы внимательнее присмотреться к человеку и найти романтику в образе борца за свободу украинского народа.

Материал «Всадников» Юрия Яновского, этой вдохновенной, романтической эпопеи, потребовал и от режиссера, чтобы он поднялся на высоты романтической героики, обогащенной знанием человеческой психологии.

Былинная монументальность образов «Всадников» - Чубенко, Половцева - сочетается с психологической глубиной, с яркой индивидуализацией, с острой характерностью. Савченко пытался воссоздать романтический стиль романа Ю. Яновского. Это удалось лишь частично - в изобразительной структуре фильма, в использовании музыки, в торжественном ритме, в точных и выразительных деталях. Но основной герой не удался. Талантливый характерный актер Л. Свердлин не передал достаточно сильно героическую роль Чубенко. И фильм воссоздавал романтику книги не полно.

Но во «Всадниках» местами уже чувствовался почерк постановщика «Богдана Хмельницкого». Черты эпического стиля уже проявились в этом фильме.

«Богдан Хмельницкий» большое достижение Савченко. В этой картине режиссер развернул свое дарование, выявил свой стиль, свое мастерство, свое художественное лицо. В нем ощущается влияние Довженко. Можно найти следы изучения и других мастеров. Но это уже фильм не ученика, а мастера, талант которого бесспорен.

Мы как-то отвыкли за последнее время от красиво поставленного и снятого кадра. С приходом звука изобразительная культура немого кино, за редкими исключениями, не переносилась в современные фильмы. Савченко во всех своих работах весьма внимательно относился к изобразительной стороне. В «Богдане Хмельницком» в каждом куске чувствуется рука художника.

Медленные, величественные «лыцари» - бандуристы идут сзывать на бой с поработителями. Высокое, грозное небо, необъятные просторы полей открываются перед посланцами. Путники как бы возникают из земли, родной украинской земли, которую нужно защитить. Широкая композиция, все более просторная с каждым кадром этой сцены. Перед зрителем как бы раскрывается ширь Украины, страны, которая стряхнет иноземное иго.

Войско Богдана. Рада. Композиция меняется. В кадре тесно. Он загружен до предела. Растет народный гнев. Внутрикадровое движение усиливается. Отдаляются и отдаляются планы, вбирая в кадр все большее количество людей.

Спокойная, уверенная композиция треугольником характерна для кадров Запорожья. Ломаные линии столбов, движение по диагонали, по спирали - в лагере поляков. Интересны ракурсы: Богдан, запорожцы сняты несколько снизу. Они величественны, монументальны, над ними просторное небо, под ними крепкая земля. В панских сценах преобладают ракурсы сверху вниз. В них придавленность, обреченность.

Плавный, спокойный монтаж в сценах бандуристов, Рады, ночи перед боем сменяется стремительным, коротким монтажом в сценах боя. Несутся на аппарат взбесившиеся быки, которых огнем погнал Хмельницкий на артиллерию панов. Мелькают копыта коней, в бешеном ритме кавалерийской атаки сливаются фигуры всадников.

Смелые переходы с массовых кадров на деталь, чередование длинных и коротких монтажных кусков создают патетический ритм боя.

Художественный прием у Савченко подчинен содержанию, всегда несет смысловую нагрузку.

Лаконичное построение эпизода, умелое чередование спокойных и динамичных, драматических и комедийных сцен позволило Савченко охватить огромный материал, не затягивая фильма, не ослабляя напряжения, не утомляя зрителя.

Можно установить прямую преемственность «Богдана Хмельницкого» от «Александра Невского» и «Щорса». Фильм Савченко синтезирует в себе и развивает стилистику Эйзенштейна и Довженко - мастеров советской киноэпопеи.

Польский лагерь перед боем. Строгая графичность. Сурдинированные трубы ведут острую мелодию марша. Холодный блеск лат. Вспоминаются эйзенштейновские «псы-рыцари». Поляки разбиты. Из мирного болотца торчат закованные в броню ноги убитого рыцаря. Вспоминаются снова кадры после Ледового побоища.

Въезд Хмельницкого в Киев и въезд Невского в Новгород. Много общего. Сцена перед боем: не спал Невский, не спит Хмельницкий. Первому рассказывали сказку, второму - вещий сон.

Влияние Довженко на Савченко еще больше и главным образом в сценах Запорожской Сечи. Оба режиссера шли от одного источника - украинского народного эпоса, от Гоголя, от Репина, от Шевченко. Но Савченко многое осмыслил через фильмы Довженко. Сцена похорон Тура родилась из сцены похорон батьки Боженко. Звериный крик предателя после победы украинцев заставляет вспомнить крик в тайге из фильма «Аэроград».

Мы приводим эти сопоставления не для того, чтобы обвинить Савченко в заимствовании или ученическом подражании. Конечно, об этом нет речи. Мы устанавливаем стилистическую связь «Богдана Хмельницкого» с киноэпопеями Эйзенштейна и Довженко, чтобы показать, что Савченко синтезировал в своем фильме лучшие черты старших мастеров.

Фильм-эпопея
Работа оператора Екельчика в фильме «Богдан Хмельницкий»
Народная эпопея «Богдан Хмельницкий»
«Богдан Хмельницкий» - народная эпопея
Народная эпопея ( «Богдан Хмельницкий» Игоря Савченко )

 






Скрыть комментарии (0)


Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


« Вернуться